Ракхир мрачно сказал:
— Я не служу ни Хаосу, ни Закону.
— В один прекрасный день ты узнаешь, предатель, что нейтралитет опаснее, чем заключение союзов. — В голосе слышались чуть ли не злобные нотки.
— Ты не в силах мне повредить, — сказал Ракхир. — И если Элрик отправится с нами в Танелорн, то и он тоже сможет избавиться от твоего злого влияния!
— Элрик — мелнибониец. Народ Мелнибонэ всегда служил Хаосу, за что они и получали неплохое вознаграждение. Иначе как еще можно было бы освободить этот трон от демона Телеба К'аарны?
— Может быть, в Танелорне Элрику не понадобилось бы его кольцо Королей, — ровным голосом ответил Ракхир.
Послышался звук, напоминающий шум водопада, раздался удар грома, и Ариох стал увеличиваться в размерах. Но при этом его тело стало терять плотность, и скоро в зале ничего не осталось, кроме зловония, исходящего от мусорных куч и жаровен.
Элрик спешился и подбежал к трону. Он вытащил из-под него сундук убитого короля Юриша и ударом Буревестника раскрыл его. Меч забормотал, словно отказываясь выполнять низкую работу. Драгоценные камни, золото, другие сокровища летели в грязь — Элрик искал свое кольцо.
Наконец он нашел его, поднял, торжествуя, и надел на палец. К своему коню он вернулся более легким шагом.
Мунглам тем временем спешился и выискивал на полу самые ценные камни, складывая их в сумку. Он подмигнул Ракхиру, который улыбнулся ему в ответ.
— А теперь, — сказал Элрик, — я отправляюсь в Троос — искать там Телеба К'аарну. За мной все еще остается долг ему.
— Пусть он сгниет в зловонном Троосском лесу, — сказал Мунглам.
Ракхир положил руку на плечо Элрика.
— Если Телеб К'аарна так тебя ненавидит, то он непременно снова сам найдет тебя. Зачем тратить время на его поиски?
Элрик едва заметно улыбнулся старому другу.
— Очень логичный аргумент, Ракхир. Ты прав — я устал. За то короткое время, что прошло после моего появления в Надсокоре, мой меч пронзал как богов, так и демонов.
— Идем с нами. Отдохнешь в Танелорне — в мирном Танелорне, куда без разрешения не могут прийти даже сильнейшие из Владык Высших Миров.
Элрик посмотрел на кольцо на своем пальце.
— Но я поклялся, что Телеб К'аарна умрет…
— У тебя еще будет время сдержать клятву.
Элрик провел рукой по своим молочного цвета волосам, и его друзьям показалось, что в малиновых глазах сверкнули слезы.
— Да, — сказал он. — Да. Время будет…
И они выехали из Надсокора, оставив нищих копаться в грязи и зловонии и сожалеть о том, что они связались с колдовством и Элриком из Мелнибонэ.
Они ехали в вечный Танелорн. Танелорн, который приглашал и готов был принимать у себя всех скитальцев с больной душой. Всех, кроме одного.
Гонимый роком, исполненный чувства вины, печали, отчаяния, Элрик из Мелнибонэ молился о том, чтобы на сей раз Танелорн принял и его…
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
Три героя с единой целью
Элрику, единственному из всех воплощений Вечного воителя, было суждено без труда найти Танелорн. И из всех этих воплощений он единственный решил покинуть этот город бесчисленных инкарнаций…
«Хроника Черного Меча»
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Вечный Танелорн
Танелорн за время своего бесконечного существования приобретал самые разные формы, и все эти формы, кроме одной, были прекрасны.
Сейчас он был прекрасен — мягкий солнечный свет играл на его пастельного цвета башнях, стройных колоннах и изящных куполах. На его шпилях полоскались знамена, но не боевые стяги, потому что воины, нашедшие Танелорн и оставшиеся здесь, покончили с битвами.
Этот город всегда был. Никто не знал, когда построили Танелорн, но некоторым было известно, что этот город существовал до начала времен, а потому его называли — вечный Танелорн.
Этот город играл важную роль в борьбе многих героев и многих богов, а поскольку существовал он вне времени, Владыки Хаоса ненавидели его и не раз пытались уничтожить. К югу от города лежали холмистые долины Илмиоры — земли, в которой, как было известно, торжествовала справедливость, а к северу лежала Вздыхающая пустыня, бесконечная пустошь, над которой постоянно свистел ветер. Если Илмиора символизировала собой Закон, то Вздыхающая пустыня, безусловно, являла нечто близкое к полному торжеству окончательного Хаоса. Жители Танелорна не служили ни Хаосу, ни Закону, они решили не участвовать в космической борьбе, непрерывно продолжавшейся между Владыками Высших Миров. В Танелорне не было ни руководителей, ни руководимых, граждане Танелорна жили в согласии друг с другом, хотя многие, перед тем как обосноваться здесь, были великими воинами. Одним из самых почитаемых граждан Танелорна, к которому часто приходили за советом другие, был Ракхир. Это сейчас он вел аскетический образ жизни, а раньше был непримиримым воином-жрецом из Фума, где его прозвали Красным Лучником, потому что он был искуснейшим стрелком и одевался в красное. Его мастерство и одеяния остались такими, как были прежде, но с тех пор, как он поселился в Танелорне, желание сражаться оставило его.
Вблизи низкой западной стены города посреди лужайки, на которой росли самые разные дикие цветы, стоял двухэтажный дом. Дом был сложен из розового и желтого мрамора и в отличие от большинства домов Танелорна имел высокую, заостренную крышу. Это был дом Ракхира, и сейчас Ракхир сидел перед ним на простой деревянной скамье и смотрел, как его гость мерит лужайку шагами. Гостем был его старый друг — гонимый роком альбинос, владыка Мелнибонэ.
На Элрике была простая белая рубашка и штаны из плотного черного шелка. Лентой того же черного шелка была повязана и грива его молочно-белых волос, откинутых за спину. Малиновые глаза альбиноса были опущены, и, шагая взад-вперед по лужайке, он ни разу не поднял глаз на Ракхира.
Ракхир не желал вторгаться в воспоминания Элрика, но ему тяжело было смотреть на друга, когда тот пребывал в таком состоянии. Он надеялся, что альбинос найдет покой в Танелорне, забудет здесь о призраках и сомнениях, которые не дают ему покоя, но, казалось, даже Та-нелорн не может принести Элрику успокоения.
Наконец Ракхир прервал молчание.
— Ты уже месяц как в Танелорне, мой друг, но прошлое никак не отпускает тебя.
Элрик поднял взор, на его губах мелькнула едва заметная улыбка.
— Да, не отпускает. Прости меня, Ракхир. Я плохой гость.
— Что занимает твои мысли?
— Ничего конкретного. Мне кажется, что я среди всего этого покоя никак не могу забыться. Только насилие помогает мне рассеять мое мрачное настроение. Я не рожден для жизни в Танелорне, Ракхир.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
